Когда номер готовился к печати, в редакцию обратилась Маргарита Казакова (она знакома читателям «Листка» по ряду заметок – про Чаптынова, про казаков на Эл Ойыне и т.д.). Она под запись рассказала Сергею Михайлову несколько любопытных вещей о том, как в последнее время работала сиделкой у тещи бывшего Главы РА Александра Бердникова и о том, как тот её попросту мелко «кинул»... Предлагаем вниманию читателей запись этого разговора.

- Я хочу сказать вам всю правду. Я работала сиделкой у тещи Бердникова. Как и предыдущим сиделкам, он недоплачивал. «Бедненький» дяденька. Умерла она 10 октября на моих руках.
СМ: Царствие небесное! Что ж он так, он состоятельный человек...
- Да, мне почему-то недоплатил.
СМ: Он сам уже почти дедушка. Мог бы достойно платить сиделке...
- Вы что, издеваетесь, что ли?! Вы что, не знаете Бердникова?
СМ: Ну, в другом-то месте, может, и можно не доплачивать, а здесь-то он зря, потому что теща-то одна. Ну, максимум две, три, сколько там у мужика жён может быть...
- Вот его тёща проголосовала за коммунистов на моих руках. Я могу подтвердить, у него, кстати, камеры в доме стоят. И за Демину, а за это ее дочка ее два дня материла, когда из Москвы приехала.
СМ: Ну, и зря она, старики многие за коммунистов голосовали.
- У нее муж коммунист был и трое дядек.
СМ: А сколько лет ей было?
- 91.
СМ: Ну, солидный возраст, у меня бабушка в 87 умерла.
- Знаете, почему хочу интервью дать, потому что предыдущая сиделка, Люба, боится, оказывается, он всем недоплачивал.
СМ: Кто недоплачивал, Бердников или бабушка?
- При чем тут бабушка, она слепая была, неходячая. Если надо, можно по телефону проверить, кто звонил, кто не звонил. Он обещал, что деньги заплатит. Ничего не доплатили. А вы знаете, сколько сиделкам платили? Стоите вы там или лежите? 15 тысяч в месяц.
СМ: А бабушку мыть, наверное, надо было? Лежачая...
- Конечно, он мне лично посулил. В апреле-мае она еще была ходячая, на ходунках могла до туалета сходить. Потом она слегла, они обещали мне доплачивать как за лежачую, и нифига не доплатили. А там и памперсы менять надо было..
СМ: А сколько именно обещали?
- Обещали - доплатим. Знаете что, там не кто-нибудь, знаете, я в шоке была, я, наверное, простодырая деревенская женщина, а вот подруги покойницы Марьи Ивановны - они, оказывается, раньше одна была первый секретарь обкома КПСС, другая такой профсоюз... Эти женщины знали сиделку Любу. Они потом спрашивают: «Тебе заплатили?». Я говорю: «Нет, не заплатили». Они и сказали: «Давай, звони Сергею Михайлову, мы подтвердим!»
СМ: Здесь мы в большей степени к совести Бердникова обращаемся... Мне кажется, он рассчитается.
- Он рассчитается? А вы знаете, что я на два его сотовых названиваю – он трубку не берет?
СМ: Ну, сейчас ему передадут. Скажут: «Про тебя, Саня, написали». С одной стороны, понятно, что он где-то в Москве, но, может, совесть в нём проснётся, доплатит Вам сколько-то...
- Да хоть бы три тысячи дал. Кстати, я за язык его не тянула, Богом клянусь. Он сам обещал: «Не уходите, не бросайте квартиру, похороните ее потом», туда –сюда, а потом отключил телефон.
СМ: Погодите, хоронили вы, что ли, а не родственники?
- Нет, он сказал - не бросайте квартиру, караульте. Они в морг ее вывезли, ритуальное агентство «Эдем». Там похоронили сразу, потом сказал: «Мы вам все заплатим». Потом сказал: «Сделайте генеральную уборку», я сделала, ничего мне не заплатили. Это нормально?
СМ: Для бывшего главы республики не очень, это не как политика, это его как человека характеризует.
- А теперь знаете, самая главная фишка в чем? Мария Ивановна, его теща, уже незрячая неходячая, нотариус, я даже покажу вам нотариальную контору... Девушку-нотариуса вызвали на машине. Все недвижимое, движимое Питенко Мария Ивановна передает своей дочери, Бердниковой Татьяне Васильевне.
А она не может расписаться, понимаете, у нее рука трясется. Когда избирательная кампания приезжала, она не могла расписаться толком. И нотариус-девушка сказала, что так не положено. Дочка сказала: «Давайте я распишусь», нотариус сказала: «Нет, нельзя, вы заинтересованное лицо». Сказала, найдите другую руку. Я ушла в другую комнату. Потом заходит Татьяна Васильевна и говорит: «Паспорт с собой? Можете в нотариальную контору?..».
По закону, если инвалид или рука не такая, может другая рука засвидетельствовать.
Вот они повезли меня туда, она от первых лиц пропечатала, потом даёт - тут и тут распишитесь. Я успела, мне ж любопытно, я в шоке была, у нее написано: «Я, Мария Ивановна Питенко, передаю все движимое и недвижимое своей дочери Бердниковой Татьяне Васильевне». И там идут Сочи, знаете, там не сотки, гектары. В Горно-Алтайске семь квартир на объездной, две на Чорос-Гуркина, на Рыбалке, «Киви-лодж». Вы знаете, я в шоке была. Второй лист поворачивается, только начинаю читать, девушка-нотариус говорит - вот здесь расписывайтесь.
СМ: То есть вы не со всем ознакомились?
- Да, не успела. Но самое главное, в доме, где я сиделкой работала, там очень много заслуженных педагогов Российской Федерации, и вот одна женщина говорит - у меня дочка тоже не дурочка, тоже учительницей работает и владеет информацией, у него в Сочи очень больная резиденция. Да, а я лично сама своими глазами видела, подписывала.
СМ: Да, мы про это писали.
- Я говорю, я пойду в газету «Листок», они мне ничего не заплатили. А что я плохого сделала? Соседи, учителя подтвердят.
СМ: А хотя бы 15 тысяч заплатили?
- Какой 15 – 6 тысяч. Вот даже карту возьмете, посмотрите, шесть тысяч перекинул и все.
СМ: Они платили по месяцам или как?
- Сначала наличкой, потом по карте.
СМ: Вот смотрите, в апреле вы начали работать, а в октября она умерла. Месяц кончится, и они платят?
- Вы вообще знаете, кто вклинивается? Это Бердниковой Татьяны Васильевны подруга, Нина Владимировна. Я не знаю, где она работает, у них офис напротив ГИБДД, она там верховодит. И я на нее очень обижена, она, как говорится, вась-вась, и вашим, и нашим. Я лично хотела уже на Камчатку уезжать, а она мне говорит: «Еще недельку потерпите». Я говорила: «Что значит потерпеть? Вообще-то вы меня нанимали за ходячей бабушкой, а теперь она лежачая. Вы мне зарплату повышайте». Вот они допридумывались до 10 октября.
СМ: А вот эти обещанные 15 тысяч в месяц они платили или как?
- Платили, да, врать не буду.
СМ: А за последний месяц шесть тысяч заплатили за октябрь? Что уборку сделали.
- Лично Бердников позвонил из Москвы. Вот есть распечатка звонков, можно проверить. Он сказал, Маргарита Михайловна, не уходите, пожалуйста, квартиру караульте. У нас билетов нет, мы сразу вылететь из Москвы не можем. Потом сказал – проведите генеральную уборку, все почистите и уберите, мы вам кроме того, что сколько-то там работали, еще доплатим. В итоге ничего не заплатил. Это нормально? А звоню – трубку не берут. Хотите – вы позвоните.
СМ: А давайте! Позвоним и спросим, что ж, Александр Васильевич, вы так?
- А вы предупредите его, что если не заплатит, я Путину позвоню. Хотя, он, Путин, тоже сволочь, потому что его пригрел. Я вообще Путину не верю. У нас бабушки – Путин, Путин, я говорю – ну давайте, Путин скоро вам ещё по тысяче рублей прибавит. Вот номера Бердникова: 8-913-696-2222 – по этому номеру всегда был.
А хотите номер жены дам? (называет номер). Вы знаете, что она последний раз говорила? Вот заслуженный учитель, на третьем этаже на улице Объездной (называет адрес). Она сказала – я православная женщина, в храм хожу, я никогда никого не могу обмануть и грешить. А меня так кинули.
Вот Нина Владимировна, которая все время тряслась, чтобы я не уходила – кстати, ее по телевидению показали, она какой-то директор микрозаймов, что ли (называет номера телефонов). Вот представьте, все три номера глухонемые. Вы скажите, что если они не заплатят, я их так ославлю! Нет, ну вот зачем они так? Ладно Бердников, пол-Алтая продал, вся республика его проклинает...
СМ: Пол-Алтая продал, но тёща-то одна...
- А потом как почувствовали, за месяц все переписали и продали.... В последнее время, когда Мария Ивановна спрашивала : «Таня, а вы где живете?», она отвечала – в «Киви-лодж» живем». А где это, кстати?
СМ: Здесь это, в Майминском районе, по Чуйскому тракту.
- Моя родственница говорит, что «Киви-лодж» – это где Хорохордин живет, это правда?
СМ: Да. Это правительственная гостиница, такая красивая.
- Ага, рука руку моет. Мне подруга одна сказала: «Ты куда лезешь? Бердников сидит у Путина». А мне что Путин?!
А теперь знаете, что я вам скажу, я вам телефоны и адреса женщин скажу, которые на обеде были и на похоронах. Бердников первый тост сказал про свою тещу, второй тост сказал, как они жили, а когда подвыпил, пьяненький был, щечки такие красненькие были, водочки хорошо выпил, он ,честное слово, сказал.... А эти женщины не будут врать, мы вместе за столом сидели десять человек. Он сказал: «Да, с Марьей Ивановной мы… да, хорошая теща у меня была, но у нас одно разногласие было - я ей запрещал читать «Листок».
СМ: Это понятно, мы ж его ругали.
- Комплимент вам. А я когда пришла, вот эта Людмила Николаевна, она, кстати, заслуженный педагог России, учительница русского языка и литературы, я ей рассказала, а она смеется и говорит – она в этом вся, она любила читать «Листок». Про Пальталлера. Так когда дочь приходила, она говорила: «Что, Сашку скоро посадят?» А дочь отвечала: «Кто тебе такое говорит?» «А ты побольше читай», - отвечала дочь.
СМ: Бердников бы вел себя поблагороднее, и никто не писал бы. А то семь квартир, Сочи…
- Семь квартир – это только на Объездной с Вавилкиным. А кто такой Вавилкин, кстати?
СМ: Это свояк его, они женаты на сестрах.
- Нет, я спрашивала. Это миф. Мне Мария Ивановна сказала, что он просто друг. У Татьяны Васильевны сестры вот двоюродная в Барнауле – Рая, еще одна Люба Питенко. И племянница Марии Ивановны во второй родне в Алферово живет – Тая. Про Вавилкина – это миф.
СМ: Вавилкин строил большие дома, и его Бердников, видимо…
- Они просто вместе воровали, как мне подсказали.
СМ: Ну, получается так.
- А вы знаете, я в шоке была, что «Ткацкий» принадлежал Бердникову. Она продала 28-29 сентября. Кстати, там акции были этой Нины Владимировны Виноградовой, и они продали Яимову.
СС: О, Игорю Яимову! А продавал-то кто, сама бабушка?
- Жена Бердникова просто пришла и сказала: «Я Ткацкий продаю». А мама: «А что такое?». А она ей: «Мама, это не твое дело». А знаете, что ещё было противно, бабушка хоть маленько вредная была, но она справедливая. Она набожная была, крестилась, батюшки приходили. А когда она умерла, Бердников не позвал священника её отпевать. Запретил. А подружки пришли, которые подружки – вместе в храм бабушки ходили, и говорят: «Что ж это такое?» Он, знаете, запретил класть ей крест в гроб. Он, похоже, больной вообще, Бердников...
Запись разговора обработала Эвелина Осипова

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.00 (18 голосов)